Из истории Щучина

Работа по расшифровке названий белорусских городов всякий раз приводит к одному выводу: древние поселения на территории Беларуси образовались гораздо раньше времени их первого упоминания в летописях. Причем, речь идет о столетиях.

Племена финно-угров, заселивших эти земли первыми после таяния Ледника, как правило, присваивали названия своим стоянкам с учетом преобладания того или иного вида растительности в данной местности. Хороший тому пример слово «москва». Оно происходит из двух составляющих, отмеченных в финно-угорских словарях: москы — конский щавель, ва — река, вода. Действительно, по берегу Москвы-реки преобладающим является именно этот вид растительности.

Собственно, то же самое произошло в древности с названием здешнего поселения. Разница только в окончании, которое закрепилось позже, с появлением на этих землях славян.

Итак, Владимир Иванович Даль в своем непревзойденном творении — «Толковом словаре живого великорусского языка» сообщает, что слово «щука» в древности обозначало название растения, травы, которая на современный лад переводится, как луговик, метлица, и обозначена в классификации трав как растн. Deschampsia.

Поднимаю другие словари, в частности — «Энциклопедический словарь» за 1964 г. и нахожу там разъяснение слову луговик. Оказывается, так обозначается трава, издревле носившая название щучка. Это многолетнее травянистое растение семейства злаков. Соцветие — метелка, то есть такое, в которой от главной удлиненной оси отходят на разной высоте цветочные ветки, в свою очередь тоже ветвящиеся. Всего существует около 30 видов данного рода травы, в умеренном поясе — 13 видов. Полное название травы — щучка дернистая. Преобладает на сырых лугах, по берегам рек. И еще одна особенность: эта трава образует кочки.

Думаю, после таких подробных разъяснений, вы представили себе о каком виде растительности идет речь. Хочу только добавить, что схожесть названий данной травы и известной рыбы неслучайна — у этих названий одинаковое смысловое значение. Финно-угры больше уделяли внимания смыслу (сути), чем форме. На современном языке это общее можно обозначить глаголами хватать, цеплять. 

И последнее, теперь уже просто как доказательство того, с чего я начал главу: в поясе, где произрастает это растение, существует множество поселений с подобным названием. Наиболее крупные из них города Щучинск (ныне на территории Казахстана) и Щучье (Курганская область России). В Тюмени есть река Щучья.

ВЛАДЕЛЬЦЫ

С.В. Донских, со ссылками на В.Л. Носевича и Р.Афтанази, в районной книге «Памяць» (2001) сообщает, что первым задокументированным владельцем Щучина является трокский воевода Петр Лелюш. В ноябре 1436 г. он вместе с А. Вязовичем и И. Простиловичем основал в Щучине деревянный костел св. Якуба. Известно, что в 1440 г. П. Лелюш принимал участие в сговоре и убийстве великого князя Сигизмунта Кейстутовича и, после этих ужасных событий, потерял свою должность.

Не раньше 1440-41 гг. пан Конрад Кучук, владелец Докудова и Жирмонов в Лидском повете, получил Щучин от великого князя.

Последним представителем рода Кучуков по мужской линии был Войцех Кучук (около 1440 — начало 1506), маршалок хозяйский, наместник владимирский и волковыский. У него была единственная дочь.

После ее замужества Щучин перешел к С. П. Кишке в качестве приданого.

Около 1500 г. уже дочь С. П. Кишки Барбара сделалась 1-й женой расторопного Ежи Радзивилла и в качестве приданого передала мужу полученные от своего отца Докудово, Остраву и Щучин. Умерла Барбара (мать Барбары Радзивилл) в 1513 г. Впрочем, документ об официальной передаче Щучина и других владений Ежи Миколаевичу Радзивиллу был составлен в Киеве только в 1517 г. О Ежи Миколаевиче Радзивилле (1480–1541) известно, что он был подчашим литовским, воеводой киевским, гетманом надворным, каштеляном трокским, виленским, гетманом великим, а за победы в 30-ти сражениях был прозван «литовским Геркулесом». Еще известно, что он являлся фундатором костела в Щучине.

В 1541 г. Щучин отошел к королю.

Примерно в 1542-46 гг король и великий князь Сигизмунт Август подарил Щучин своему другу Станиславу Андреевичу Давойне, старосте Мерецкому. В 1566 г. С. А. Давойна умер бездетным.

Следующими владельцами города стали Лимонты, род которых происходил из Италии. Известно, что в 1616 г. после раздела имения между братьями Лимонтами, Щучин и здешнюю пущу получил младший Лимонт — Миколай.

В 1630 г. Щучин поделили братья Левон и Андрей Лимонты.

До 1683 г. одной из частей местечка владел сын Левона — Ян Лимонт, подчаший Лидский.

В 1691 г. эту часть Щучина сыновья Яна Лимонта продали Ежи Юзефович-Хлебицкому, подстолию витебскому, за 48 тысяч злотых. При этом вдова Яна Лимонта Анна из рода Полубенских вышла замуж за Ежи Юзефович-Хлебицкого, который успел в 1687 г. еще и выкупить у детей Андрея Лимонта часть Щучина.

В 1719 г. Щучин в руках Александра Юзефович-Хлебицкого — сына Ежи и его второй жены Катерины Сципио Дель-Кампо. Этот выкупает у наследников Лимонта оставшуюся часть Щучина.

Далее для Щучина началась эпоха Сципио Дель-Кампов. Ян Сципио Дель-Кампо женился на Терезе Юзефович-Хлебицкой. Постепенно вся собственность Юзефович-Хлебицких оказалась у их сына — Юзефа Сципио Дель-Кампо, который умер в 1743 г.

Его сын Игнатий Сципио Дель-Кампо (1728-91) являлся уже полновластным хозяином местечка и прочей бывшей собственности Юзефович-Хлебицких.

Около 1802 г. умер последний представитель щучинских Сципио Дель-Кампо, лидский староста Юзеф. Он был женат на Терезе из рода Друцких-Любецких.

В 1807 г. брат Терезы князь Франтишек Ксаверий Друцкий-Любецкий женился на единственной наследнице Сципионов четырнадцатилетней Марии Сципио Дель-Кампо — своей племяннице. Таким образом, брат и сестра позаботились, чтобы владения Сципионов перешли к их фамилии. Известно, что князь Франтишек Друцкий-Любецкий мало занимался Щучином. Он жил в Варшаве, где исполнял обязанности министра финансов Царства Польского. Вдобавок, основными резиденциями его считались Станиславово, Понемунь и Черлень в Гродненской области и Лунинец в Брестской области.

После смерти в 1846 г. Франтишка Ксаверия имение перешло к его сыновьям Юзефу и Александру. Сын от последнего брака Франтишка Ксаверия Александр Друцкий-Любецкий жил в Гродно, где занимал почетную должность предводителя дворянского схода. Поэтому фактически имением Щучин управлял его поверенный Петр Казимирович Бернацкий.

В 1890 г. Щучин выделяется в независимое от других владение для князя Владислава Друцкого-Любецкого (внука князя Франтишка Ксаверия). Владислав Друцкий-Любецкий (1864–1913) был владельцем Ляхович и до своей женитьбы жил в Вильне и Санкт-Петербурге. Он женился в 1890 г. на Марии из рода Замойских (1868–1939). Резиденция в Ляховичах не могла удовлетворить молодую семью, что касается других имений, к примеру Станиславово, то их получили по завещанию другие представители рода Друцких-Любецких. Поэтому князь с женой жили в большом особняке в городе Вильне на Антоколе. Однако именно князь Владислав принял решение строить в Щучине дворец, который сохранился до наших дней и, по сути, является будущим здешнего города, основой для его возрождения.

Последними владельцами Щучина считаются жена князя Владислава Друцкого-Любецкого — Мария и его сын Ян (род. в 1894 г.).

В конце XX в. наследники щучинской линии Друцких-Любецких проживали в Нью-Йорке (США).

МОНАСТЫРЬ И ШКОЛА (КОЛЛЕГИУМ) ПИАРОВ

(По материалам В.М. Князевой, опубликованным в районной книге «Памяць»)

Монахи католического ордена пиаров появились в Щучине в 1718 г. Их пригласил владелец Щучина Ежи Юзефович-Хлебицкий, подстолий витебский, войский полоцкий. Прибывшие разместились при парафиальном костеле и сразу открыли школу.

В 1726 г. сейм Речи Посполитой официально подтвердил, что в Щучине основан коллегиум пиаров. Тогда же подтверждены были и все фундации этому коллегиуму, сделанные двумя людьми — Ежи Юзефович-Хлебицким и его дочерью Терезой Юзефович-Хлебицкой-Сципио (женой Яна Сципио Дель-Кампо, каштеляна смоленского).

После смерти отца Тереза Юзефович-Хлебицкая-Сципио продолжала опекать коллегиум.

Позже пиары Щучина получили другие значительные пожертвования, например, Пац записал коллегиуму 22 тысячи злотых, Казимир Сапега 15 тысяч злотых. Поддерживали здешний коллегиум Вронские, Друцкие-Любецкие, Людвига Потоцкая.

В 1755 г. коллегиум возглавил ректор Лукаш Росоцкий. В этот период здесь преподавали Кант Выковский (профессор восточных языков и истории), Юзеф Шенявский (теология), Евстафий Куровский (философия и этика), Винцент Клосс (природоведение, ботаника, зоология), Юзеф Кентржинский (логика, метафизика), Войцех Комаровский (поэзия, красноречие). Один только перечень преподаваемых наук говорит об уровне этого учебного заведения и его особенности.

В 1782-83 гг. в школе обучалось 119 учеников. Причем, это были только представители шляхетского сословия. Успешное окончание этой 3-классной подокруговой школы давало право поступать в высшие учебные заведения. 

В 1785 г. руководство школой пиаров в Щучине принял Станислав Бонифаций Юндзилл (1761–1847) — ученый, натуралист, впоследствии доктор философии и теологии, профессор ботаники и зоологии Виленского университета. Он вел в школе курс ботаники и заложил рядом с ее зданием (и зданием монастыря пиаров) ботанический сад. Именно в Щучине этот ученый собирает и создает гербарий местной флоры (куда попала, естественно, и распространенная на этих низинных землях трава с символическим названием щука). Результаты своей работы по созданию этого гербария размещены в книге «Описание растений в провинциях Великого княжества Литовского дикорастущих, по системе Линнея»,которая была издана в Вильне в 1791 г. Деятельность Станислава Юндзилла в Щучине стала первым шагом к мировой славе этого ученого-ботаника.

В 1803 г. Щучинская школа получила статус 6-классовой поветовой с гимназическим курсом наук и из реорганизованной пиарской учебной округи вошла в Виленскую учебную округу В 1809 г. в ней уже занималось 186 учащихся. Если учесть, что в первой четверти XIX в. население Щучина составляло всего около 1000 человек, можно представить себе какой процент населения города был связан с наукой и просвещением.

Самым знаменитым из учеников школы в Щучине является Игнатий Домейко (31 июля 1802 г. — 23 января 1889 г.). Он учился в этой школе с 1812 по 1816 гг. А прославился тем, что открыл в Сантьяго (Чили) Горную школу, которая впоследствии стала основой Национального университета Чили. В Сантьяго ему поставлен памятник — «Гранде Эдукатору» («Великому Просветителю»).

ПЕРВАЯ АПТЕКА ГОРОДА

(По материалам докладов Ф.И. Игнатовича и 3. Вольняк на научно-практической конференции в городе Щучине 24 марта 1995 г.)

Пролить свет на деятельность пиаров в городе и, вообще, на историю города поможет материал, касающийся истории здешней аптеки.

Щучинская резиденция пиаров имела медицинские учреждения. О здоровье монахов и учеников школы пиаров заботился инфирмаж (обученный врачеванию монах). Позже для оказания медицинской помощи пиары стали привлекать дипломированных врачей. Частной практикой в Щучине занимались и одновременно состояли на службе у пиаров врачи И. Грабовецкий, С.И. Пржеборовский, Лойко. В здании монастыря располагалась инфирмерия (подобие госпиталя). Однако чтобы лечить, нужны были лекарства. Поэтому для их создания и распространения пиары основали аптеку. Это был шаг к цивилизованности здешнего города.

Инициатором создания аптеки стал многолетний ректор школы Б. Ярманский. Благодаря его поддержке и ходатайствам 8 августа 1772 г. пиар ксендз Л. Бреннет получил от короля Станислава Августа Понятовского привилей на открытие аптеки. Подготовительная работа продолжалась год. Открытие аптеки состоялось 26 июля 1773 г.

В то время здание монастыря, даже костел, были еще деревянными. Однако для аптеки, причем по индивидуальному проекту, на территории монастыря было построено кирпичное здание (теперь оно встроено в здание монастыря). Его оснастили специальным оборудованием. Аптекарем стал сам Л. Бреннет. Он готовил лекарства, изучал особенности их действия, а свои наблюдения записывал.

В 1785 г., когда в школе пиаров стал преподавать С.Б. Юндзилл, в Щучине при школе создается небольшой ботанический сад. В числе культивируемых в нем растений имелись виды, в том числе применяемые и в медицине. Был создан гербарий этих видов и передан Щучинской аптеке, чтобы та специально занималась выращиванием лекарственных растений.

Л. Бреннет имел последователей. Набирал он их из числа воспитанников пиарской школы. Вот имена наиболее способных из них: И. Ф. Вольфганг и Бекман. Первый был сыном доктора медицины Я. Вольфганга, уроженца из Нидерландов. По приглашению знаменитого подскарбия надворного Антония Тизенгауза Я. Вольфганг некоторое время работал в Гродно, а затем осел в Лиде.

И. Ф. Вольфганг (1776–1859) закончил Виленский университет и какое-то время работал в Щучине (возглавлял аптеку). Но потом уехал обратно в Вильню, стал работать в университете, где дослужился до звания профессора, избирался заведующим кафедрой фармакологии и фармации.

2 сентября 1832 г. казенная палата приняла Щучинскую аптеку в казну. Для оприходования ее имущества в Щучин приезжала губернская комиссия.

Из инвентарей известно, что помещение Щучинской аптеки поражало роскошью. На стенах висело 14 картин, из которых 6 были написаны маслом, 6 — на стекле, а 2 литографировано на бумаге. Ассортимент лекарственных средств включал 821 наименование. Хорошо оснащена она была и оборудованием. Только стеклянной посуды разного назначения здесь имелось 8913 единиц. Библиотека включала редкие книги по медицине и фармации в количестве 58 штук. Хранились и записи первого аптекаря — Л. Бреннета.

Год аптека действовала как государственная. Потом губернатором было принято решение о продаже ее в частную собственность. Торги проходили 5 и 12 июня 1833 г. Начальная продажная цена составляла 2576 рублей и 9 копеек. Выиграло эти торги доверительное лицо князя Ф. К. Друцкого-Любецкого, уплатив 2925 рублей.

После смерти Ф. К. Друцкого-Любецкого (1846) аптеку унаследовал его сын А. Друцкий-Любецкий. В конце XIX — начале XX вв. ею управляли провизоры И.А. Хмелевский и С.П. Немчинович.

В 1920-39 гг. Друцкие-Любецкие оставались в Щучине и владели своей собственностью. Из этого следует, что аптека, скорее всего, работала.

КОСТЕЛ СВЯТОЙ ТЕРЕЗЫ

(По материалам С. Г. Касперчука, опубликованным в районной книге «Памяць»)

Строительство каменного костела и здания монастыря в Щучине затеял князь Ф.К. Друцкий-Любецкий. В 1822 г. он выделил для этого материалы и нанял рабочих. 

В 1829 г. строительство было завершено. На возведение храма потратили 21627 рублей 23 копейки, а здания монастыря 25453 рубля 63 копейки. Здание костела св. Терезы в Щучине является примером провинциально-классической архитектуры первой половины XIX в.

В 1839 г. в костеле провели инвентаризацию. Из описания в инвентаре следует, что костел соединен со зданием монастыря пиаров и своим главным фасадом повернут на восток. Купол украшен восьмигранной башней с медной крышей. Над входом в костел — окно, в которое встроены часы с гиревым механизмом и звонком. Всего окон у костела 14, из которых 7 меньших размеров.

В интерьере 7 алтарей: на первом, главном, изображение Христа на кресте, на втором — св. Иосифа, на третьем — св. Антония, на четвертом — Иосифа Хранителя, на пятом — св. Марии, на шестом — св. Флориана, на седьмом — св. Терезы. Еще два алтаря находятся в каплицах. В левом крыле костела на уровне фундамента располагается решетка, за которой вход в небольшой склеп, предназначенный для захоронения фундаторов этого костела.

Монастырь закрыли в 1867 г. После этого костел сделался парафиальным.

Через сто лет закрыли и костел. Его здание передали на баланс воинской части и стали использовать под клуб.

В 1980 г. здание костела передали в ведомство культуры: в нем наметили основать центр эстетического воспитания.

Наконец, в 1988 г. костел вернули парафии. Целый год в нем велись восстановительные работы: здание покрыли жестью, установили витражи в его рамах, обновили алтарь, купили орган, укрепили колокола. С 1989 г. в храме возобновилась служба.

СВЯТО-МИХАЙЛОВСКАЯ ЦЕРКОВЬ

С. Донских в районной газете «Дзяннiца» за 28 ноября 1995 г. сообщает, что еще в начале XVI в. в Щучине действовала деревянная церковь Спасителя Николая Мирликийского Чудотворца.

После 1596 г. эта церковь отошла к так называемым униатам. В середине XIX в. усилиями священника Николая Ивановича Теодоровича (1823-76) было начато строительство новой церкви. Ее возвели из кирпича за государственный счет и осенью 1865 г. освятили в честь Михаила Архангела.Этот храм сделался главным в местном православном приходе, который охватывал верующих Щучина, Рожанки и еще 23 окрестных деревень. 

Следует быть благодарными и не забывать, что на строительство этой церкви жертвовали со всей тогдашней России. 350 рублей серебром поступило от чиновников Колобова и Смирнова, купцов Малинина, Шклова, Куприянова и Толстошеина. Самый ценный подарок сделал в 1866 г. гвардии капитан В. Ф. Понютин. Он пожертвовал храму древнее Евангелие в окладе из позолоченного серебра.

После смерти Н. И. Теодоровича щучинским доброчинным стал Николай Пигулевский, а непосредственно священником — Георгий Таранович. Благодаря усилиям этих людей в Щучине появились две церковно-приходские школы — отдельной для мальчиков и для девочек. Причем, для каждой школы было построено отдельное здание. При церкви действовал хор, который в 1887 г. был отмечен тогдашним ковенским епископом Антонием.

5 сентября 1876 г. в Щучине освятили вторую церковь. Деревянная, она была перестроена из часовни за счет прихожан на щучинском кладбище.

ДВОРЕЦ ДРУЦКИХ-ЛЮБЕЦКИХ

Гродненский археолог И.Г. Трусов, ссылаясь на труды блестящего Романа Афтонази, в районной книге «Памяць» (2001) сообщает, что дворец в Щучине стоит на месте бывшей помещичьей (панской) усадьбы. С 1742 г. Сципионы развернули в местечке грандиозное строительство. Кроме усадебного дома, они возвели госпиталь, приют, коллегиум пиаров, ряд административных и хозяйственных зданий. Что касается усадебного дома Сципионов, то он был сориентирован главным фасадом на запад, и к нему со стороны дороги вела подъездная аллея.

Известно, что в 1893 г. князь Владислав Друцкий-Любецкий и его жена Мария (из рода Замойских) проживали в своем особняке в Вильне. По-видимому, именно в это время князь Владислав и познакомился с виленским архитектором Т. Растворовским и заказал ему проект нового дворца в Щучине.

Т. Растворовский (1862–1928) учился в 1876 г. в императорской Академии изобразительного искусства в Санкт-Петербурге по специальности архитектура и живопись. Вот некоторые из его позднейших воплощенных проектов: здание управления полесской железной дороги в Вильне на Погулянке, гостиница по улице Мицкевича в Вильне, приходской костел в Литве, усадьба (резиденция) в Раклишках, реставрация часовни в Большом Можейкове, усадьба в Лынтупах (знаменитый дом в мавританском стиле и прекрасный, насыщенный эклектичными строениями парк)[4], переделка проекта дворца архитектора Маркони для имения Желудок.

Решение о строительстве резиденции в Щучине по проекту Т. Растворовского было принято в 1892-95 гг. Специально для доставки строительного материала для этой цели от станции Рожанка была проложена узкоколейная дорога к месту закладки усадьбы.

В 1900 г. строительство нового дворца в Щучине было, в основном, завершено. Началась работа по благоустройству интерьеров.

Строительство и оснащение дворца было продолжено после 1921 г., когда уволился с военной службы последний владелец Щучина князь Ян. Время было трудное (война, революция, еще одна война), поэтому окончательная доделка дворца затянулась.

Двухэтажная каменная резиденция была построена в виде широкого прямоугольника на высоком каменном фундаменте. Главный фасад оснащает портик с двумя колоннами ионического ордера. На нижнем этаже этой стены широкие входные двери и широкие, почти квадратные окна, На верхнем этаже — более узкие окна. Колонны поддерживают балку, украшенную лепкой и завершенную в центре гербовым щитом. 

Внутренняя планировка резиденции имела нерегулярный характер. Жилые помещения группировались вдоль главного фасада и двух боковых фасадов. Со стороны же паркового фасада размещались парадные помещения. Центральную часть здания занимал большой холл, стены которого были обшиты дубом. Это помещение обогревали две огромные печи и один камин. С левой стороны от холла была устроена лестница на второй этаж. Под ней размещалась ванная комната. Около лестницы находился вход в так называемый «малый салон».

Имелся во дворце и «большой салон», который тоже отапливался двумя кафельными печами и камином. Украшала это помещение люстра венецианского стекла (жирандоль). Здесь стояли два бехштейновских рояля и пианола.

Мебель во дворце была разных стилей. Стены украшали портреты, а один из залов — мраморная скульптура Леды неизвестного автора. На первом этаже почти всю правую часть паркового фасада занимала столовая, стены которой были украшены портретами королей Речи Посполитой, а в сервантах находилось фамильное серебро и французский фарфор. Жилые помещения имели современную мебель.

Библиотека и архив размещались в отдельном здании, которое находилось в парке и принадлежало к раннему ансамблю здешней усадьбы, сооруженному еще во второй половине XIX в.

Завершая данный раздел, отмечу, что будущее Щучина, вообще перспектива развития и настоящей славы этого города, таятся именно в этом дворце. Когда дворец восстановят, восстанет из пепла и Щучин. По моему разумению, двигаться здесь следует в трех направлениях: первое — восстановить в изначальном виде дворец Друцких-Любецких, сделать его музеем, второе — сделать музеем здание монастыря пиаров (благо, оно тоже сохранилось) и, наконец, третье — восстановить около монастыря небольшой ботанический сад (высадить его заново). Эти три составляющие приведут в Щучин туриста. А это дорогого стоит. Главное сделать все так, чтобы не разочаровать гостя. Город имеет основу сделаться туристской меккой (не забывайте, что рядом Желудок). Надо просто воспользоваться тем, чем его возблагодарили история и обстоятельства.

 

Похожие материалы


Если заметили ошибку, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter